Изготовление копии орла мастера Сулеймана не полностью соответствует правилам музейной работы, но является ярким примером того исключительного случая, когда музей идет на встречу своим коллегам, понимая важное символическое значение своего жеста. Это хороший образец взаимоотношений мирового универсального музея и музея тех мест, где на определенном этапе своего существования находился экспонат. Уже почти сто лет орел мастера Сулеймана является музейным экспонатом и в качестве шедевра мусульманского искусства широко известен в мире. До этого "скульптура" орла находилась в башенном комплексе Эрзи (означает - "орел") и воспринималась как символ-тотем одного из родовых союзов ингушей. Возможно, что он насаживался на копье и служил штандартом. Однако это сакральное значение предмета было достаточно новым. Мы не знаем, как орел попал на Кавказ. Однако знаем, что изготовлен он в Арабском халифате в 796 -797 г. Это роскошный, но бытовой предмет - водолей, употреблявшийся для омовений при пиршествах и обрядах. Расположение существующих изначально отверстий не оставляет в этом сомнений. Водолей был богато инкрустирован геометрическими узорами, продолжал древние традиции бронзового литья Ирана и Ирака и является хорошим примером мусульманской любви к украшению своего повседневного быта. Несколько подобных, но более простых по исполнению сосудов хранится в других музеях мира - в Берлине, Лукке и в Монастыре Св. Екатерины на Синае.

Уникальной особенностью водолея является надпись об его изготовлении, которую мастер без особой скромности разместил на самой видной поверхности фигуры. Она выполнена торжественным почерком "куфи" и гласит "Во имя Аллаха Милостивого Милосердного. Благословение/от/Аллаха. Вот что сделал Сулейман в городе (не читается) в 180 году (хиджры)".

Две формулы с упоминанием Аллаха должны были оберегать владельца сосуда от всяких несчастий, служит талисманом. Такие обереги весьма распространены на мусульманских бытовых предметах.

Возможно, что благодаря наличию на предмете имени Аллах, его сочли возможным употребить в качестве сакрального предмета родового штандарта, что не совсем соответствует существующей исламской традиции. В раннем исламе изображения животных и птиц допускались в бытовых предметах, но не сакральных. Позднее традиции стали более строгими. Таким образом, Орел мастера Сулеймана пережил интересную историко-культурную эволюцию от бытового предмета к ритуальному и далее - к музейному экспонату. Куда обычнее движение от ритуальной функции к бытовой и музейной. Таким образом, наш экспонат оказывается интересным примером причудливых судеб музейных предметов.

В связи с принципами музейного дела следует отметить и важную деталь, которую часто не учитывают, когда пишут об этом нашем событии. Музей не может делать абсолютно точные копии. Согласно музейным правилам реплика несколько отличается по размеру и составу материала. Это зафиксировано документами о передаче. Кроме того, в Эрмитаже имеется внутренний документ с перечислением около десятка специальных секретных меток, позволяющих идентифицировать именно эту копию.

Мы надеемся, что передача в музей Ингушетии копии Орла мастера Сулеймана будет способствовать развитию традиционных связей между Эрмитажем и кавказскими учеными и послужит лучшему знакомству кавказской публики с теми исследованиями мусульманского искусства, которые ведутся в Эрмитаже.

Генеральный директор Государственного Эрмитажа
М. Б. Пиотровский

Водолей в виде орла
796-797
Изображение большего размера