Отзывы посетителей о выставке "М.В. Ломоносов и елизаветинское время", которая проходит с 23 ноября 2011 г. по 11 марта 2012 г. в Эрмитаже:

Выставка поражает воображение! Такая красота! Разительные мозаики, картины и изобретения. Надеюсь, понравится многим!

Степанова Александра, Резонов Александр
7-я Ломоносовская гимназия

Выставка очень понравилась. Хорошо освещена деятельность М.В.Ломоносова: нарядно и наглядно. Объемно выглядят макеты, в частности, химическая лаборатория и выполненная стеклярусом усадьба Усть-Рудица. Я там была. Ни сном ни духом - ничто не напоминает следы ломоносовской деятельности. Очень бедное и доживающее селение.
Хорошо, что много портретов сподвижников Елизаветы. Большая неожиданность - изображение Екатерины II (16 лет) - брюнетка. Хорош и молод Бирон, и Анна Леопольдовна.
Спасибо за прекрасный представленный материал.

Н. А. Доморацкая - пенсионерка и товарищи

Катастрофически сокращено количество мест в гардеробе (с 8 до 4 тысяч). Ощущается недостаток касс в дни массовых посещений. Презумпция виновности при предъявлении документов, дающих право на льготный проход: "Детей и пенсионеров надо предъявлять лично". В результате возле касс сутолока.

С надеждой на понимание и изменение ситуации,
Инна Васильева, 38 лет, Москва

В Новогодние каникулы обе столицы привлекают гостей со всех концов света. Естественно, что именно в такие периоды посещаемость мест культурного досуга - музеев и театров - резко возрастает. Только в период со 2 по 9 января 2012 г. Эрмитаж посетило 60 тысяч человек, из них более 30 тысяч посетителей побывали в музее бесплатно - это преимущественно дети и студенты.

Подробнее

Мы приехали из Белоруссии, Минска и 22 декабря пришли в Эрмитаж и наткнулись на мошенника. Он нам предложил экскурсию за 3 тысячи рублей, потом когда мы спустились вниз, то узнали, что в кассе экскурсия стоит 200 рублей.

Из письма супругов Давыдовых

Каждый год после завершения сезонных каникул мы подводим итоги. Мы рады, что интерес к Эрмитажу не угасает. Со 2 по 9 января музей посетило 60 тысяч человек. Ежедневно сотрудники Научно-просветительного отдела проводили 150 - 180 экскурсий. Стоимость экскурсии на группу в составе 25 человек - 5 тысяч рублей. Цена экскурсионного билета на одного экскурсанта составляет 200 рублей. Это вполне гуманные цены, уровень которых Эрмитаж удерживает уже несколько лет. Неудивительно, что мошенники и спекулянты, с которыми мы боремся всеми разрешенными законом средствами, стараются извлечь из этого выгоду. Так, наши гости из Белоруссии - союзного государства, гражданам которого предоставлено право на приобретение билетов и услуг по льготным ценам, заплатили 3 тысячи рублей постороннему человеку, предложившему им экскурсию по музею. И вот что удивляет - некоторые посетители готовы отдать деньги первому встречному вместо того, чтобы внести их положенным порядком в кассу музея. Сожалея о произошедшем инциденте, мы напоминаем всем нашим гостям - не стоит покупать билеты и услуги у мошенников, и тогда общение с музеем не будет омрачено потерей сбережений и плохим качеством экскурсии.

На адрес Эрмитажа пришло письмо от нашей постоянной посетительницы. Ее интересуют причины отсутствия люстр в некоторых залах Эрмитажа. "В залах 167 и 168 уже больше года нет люстр: в зале 167 -изящной люстры-кораблика, а в зале 168 - трех шикарных хрустальных люстр".

Мы признательны нашим постоянным посетителям за внимание к Эрмитажу. Жаль, что хорошие перемены у нас замечают редко, а вот "опасения" по поводу того, что вдруг что-то куда-то делось, часто будоражат воображение наших гостей. В настоящее время люстры из залов N 167 и 168 находятся на реставрации.

Подробнее

Письма посетителей Эрмитажа дают нам возможность лучше понимать запросы зрителя, проблемы, которые его волнуют. Мы стремимся улучшать условия пребывания гостей в музее. Сегодня мы отвечаем всем авторам, в чьих письмах выражалась неудовлетворенность освещением музейных экспозиций.

"СВЕТ В ЭРМИТАЖЕ"

Создание в Эрмитаже необходимых условий освещенности - одна из программ развития музея. Она реализуется в течение нескольких лет. Все выставки, открывающиеся после ремонта, реставрации и реэкспозиции, снабжены новыми осветительными системами. Новый свет в музее может быть направленным или рассеянным, иногда он как бы струится с потолка. Свет выявляет красоту архитектурных решений, позволяет выделить экспонат в витрине, деликатно подсвечивает картину. Свет в музее - это тоже искусство. Но свет может наносить вред картинам, тканям, рисункам, гравюрам. Поэтому, модернизируя осветительные системы, мы в первую очередь руководствуемся задачей сохранения экспонатов.
Концепция музейного света в Эрмитаже построена с учетом комплекса задач, решение которых, определяют технические, эстетические и даже психологические факторы.

Подробнее

Одна из публикаций, посвященная проходящей в Москве выставке "Караваджо (1571-1610). Картины из собраний Италии и Ватикана" (газета "Московские Новости" от 24 ноября 2011 г., статья Сергея Хачатурова) удивила нас. Отдав должное гению Караваджо, автор обрушился с критикой на эрмитажное полотно "Юноша с лютней", которое не представлено на выставке в Музее изобразительных искусств им. А.С.Пушкина, а в настоящее время временно экспонируется в музее Прадо, Мадрид.

Мы отвечаем

В 2014 году Эрмитажу исполнится 250 лет. Это важное событие не только в жизни музея, но и в истории культуры. К юбилейному году Эрмитаж подарит жителям и гостям культурной столицы новый выставочный комплекс в Главном штабе, откроет доступ в новые хранилища в Реставрационно-хранительском центре в Старой деревне, представит юбилейные выставки, будут отреставрированы многие залы и экспонаты. Именно на это Эрмитажу выделено 12 миллиардов рублей государственного финансирования. В прессе и в письмах в адрес Эрмитажа выделение музею средств воспринято неоднозначно. Мы не считаем нужным оправдываться перед недоброжелателями, но всем друзьям Эрмитажа готовы рассказать о том, как музей готовится к юбилею. Мы будем сообщать обо всех событиях жизни Эрмитажа, приближающих нас к свершению наших планов. Об этих планах рассказал в своем интервью газете "Санкт-Петербургские ведомости" 28 сентября 2011 (N 182) директор музея Михаил Борисович Пиотровский.

Только что состоялось заседание оргкомитета по юбилею Эрмитажа, который будет отмечаться в 2014 году. Мы показали комиссии реконструкцию Главного штаба, реставрационные проекты, в том числе проект чистки лазером панно Малого тронного зала, обсудили мероприятия на ближайшие годы.
Средства массовой информации кинулись считать деньги, которые получит музей, 12 - 13 миллиардов. Нет пока никаких денег. Есть список мероприятий и примерная заявка, сколько нужно средств, чтобы их осуществить. Как сказал вице-премьер Козак, обсуждался план развития Эрмитажа.

Подробнее

Очень интересует тема трофейного искусства. Есть ли в Эрмитаже еще вещи достойные постоянной экспозиции?
Вячеслав Воробьев

После окончания Великой Отечественной войны в Эрмитаж поступилачасть предметов искусства, вывезенных из Германии в порядке "компенсаторной реституции". Среди них: Пергамский алтарь, коллекции Египетского музея, Национальной галереи и т.д. В 50-е гг. после показа на большой выставке значительная часть этих предметов (около одного миллиона) были переданы в Германию, что только и сделало возможным восстановление музеев Берлина.

Подробнее

Здравствуйте! В интернете появились фотографии пластиковых окон, установленных в Зимнем дворце. Внешним видом Эрмитажа обеспокоено немалое количество петербуржцев и гостей нашего города. Скажите, пожалуйста, являются ли эти окна временными или постоянными, и если временными, то на какое время они установлены.
С уважением,
Антонина Елисеева

Все оконные рамы в зданиях музейного комплекса: в Зимнем Дворце, Малом Эрмитаже, Большом Эрмитаже и Эрмитажном театре при проведении реставрационных работ выполняются из древесины хвойных пород или дуба с сохранением исторической расстекловки. На фасадах Зимнего дворца сохранились оконные заполнения ХIХ века, выполненные из дуба и остекленные крупноформатными стеклами. Именно эти окна привлекли внимание некоторых петербуржцев и гостей города.

Подробнее

Посетители нас часто спрашивают о вреде электронной вспышки, используемой при фотосъемке экспонатов. Так ли она вредна, почему введен запрет на ее использование в музеях?

Запрет на использование вспышки при фотосъемке - общая музейная практика. Эта рекомендация ИКОМ основана на исследованиях, подтверждающих возможность риска для экспоната при массовой многократной съемке с использованием электронной вспышки.

Подробнее

Эрмитаж в наши дни уже не место уединения, где в пустынных залах только избранные любуются ценнейшими произведениями искусства. В летний сезон 2010 года Эрмитаж принимал до 17 000 посетителей в день. Такая концентрация людей всегда вызывает определенный дискомфорт. Но, несмотря на это, сотни тысяч гостей музея уносят с собой после встречи с Эрмитажем хорошие впечатления и чувство благодарности за возможность увидеть прославленные коллекции. Об этом свидетельствуют многочисленные письма наших посетителей.

Мы признательны всем, кто написал нам слова благодарности, и, подводя итоги летнего сезона, отвечаем тем, кто, к сожалению, остался неудовлетворенным после визита в Эрмитаж.

Мы отвечаем

Одно из изданий обратилось с письмом в Государственный Эрмитаж с просьбой предоставить архивные сведения о сотруднике музея Алексее Павловиче Келлере (1888-1970), репрессированном в 1934 году. Однако в опубликованных в газете материалах были искажены факты биографии ведущего музейного специалиста по прикладному искусству.

О судьбе музейщика, для которого собирание и сохранение художественных ценностей в бурные послереволюционные годы было истинным призванием, рассказывает статья, подготовленная в Эрмитаже на документальной основе.

подробнее

Уважаемый Михаил Борисович, меня, как и огромное число других посетителей Эрмитажа, заинтересовал вопрос о несохранности полов музея. Этим уникальным полам наносится колоссальный ущерб из-за нежелания приобрести современные бахилы, которые помогли бы уберечь произведения искусства.

Подобное странное отношение вызывает удивление и у иностранных граждан.

С потрясением, Екатерина и тысячи других.

Знаменитые художественные наборные паркеты Государственного Эрмитажа созданы по проектам видных архитекторов XIX века. С течением времени большие эксплуатационные нагрузки неизбежно приводят к ухудшению их состояния. Однако есть ли основания для обеспокоенности, которую выражает посетительница музея в своем письме?

Прежде всего, стоит понимать, что о полах заботятся: для обеспечения их защиты и надлежащей сохранности в 2002 году была принята программа "Полы Эрмитажа", в соответствии с которой проводится плановая реставрация паркета в залах музея. Одним из новшеств этой программы явилась разработка технического паспорта на паркет каждого зала, где указаны все необходимые данные (площадь пола, материалы, описание рисунка, сохранность, проведенные работы и т. д.). Подобные паспорта значительно облегчают наблюдение за состоянием паркета и работу с ним. Полы регулярно покрываются специальным лаком, исключающим нежелательное воздействие на древесину паркета.

Отметим, что многолетний опыт использования в музее защитной обуви из войлока показал неэффективность ее применения. Музейные тапочки, знакомые нам с детства, неудобны, громоздки, негигиеничны, скользят по мраморным лестницам. Именно поэтому войлочные тапочки обязаны надевать лишь посетители, пришедшие в Эрмитаж в обуви с металлическими набойками, которые могут повредить паркет. Современные бахилы, упомянутые в письме посетительницы, не спасут паркет от острых каблуков. Использование бахил станет простой формальностью, обязательное соблюдение которой создаст неудобства и посетителям и музею. Ежедневно мы будем вынуждены выбрасывать от 5 до 12 тысяч пар пластиковых бахил (исходя из средней посещаемости Эрмитажа в разные сезонные периоды). "Отсутствие тапочек - своеобразный фирменный жест гостеприимства", - заметил однажды директор Государственного Эрмитажа М. Б. Пиотровский. Мы бережем уникальные наборные паркеты, но мы также бережно относимся и к нашим гостям.

P.S.
Ездил по Рейну, глядел, глядел на эти кирпичи, которые называют "развалинами", - страсть надоело. Дай на другое взгляну: наговорили про один дворец, что очень хорош и очень стоит, чтобы взглянуть, я и пошел. Прихожу-с; а там внизу пред самой лестницей сидит немец и показывает мне пальцем на этакие огромные войлочные калоши.
- Это, мол, что такое?
- Надень, - говорит.
- Зачем же, мол, я их стану надевать?
- А затем, что без того, - говорит - по дворцу не пойдешь.
- Ах ты, - говорю, - каналья этакая! Да я у своего государя не по такому дворцу, да и то без калош ходил, - а стану я для твоего короля шутом наряжаться!

Н.С.Лесков
"Смех и горе"

подробнее

В Эрмитаж пришло письмо от Елены Михайловны Петровой, уроженки Ленинграда, проживающей сейчас в Болгарии. Елена Михайловна, вспоминает о днях, проведенных во время блокады Ленинграда в бомбоубежище Эрмитажа.

Мы благодарны Елене Михайловне за интересные строки, открывшие для нас еще одну страница из истории блокадного Эрмитажа.

Здравствуйте!

Меня зовут Елена Михайловна Петрова, родилась в Ленинграде. Живу в Софии. В начале войны мой отец, Михаил Александрович Максимов (он стал автором популярной военной песни "Синий платочек", которую написал для Шульженко на фронте) ушел добровольцем на фронт. Спустя какое-то время я, мама и бабушка переехали в бомбоубежище под Эрмитажем (когда оно открылось - я не помню, знаю только, что туда нас устроил мой отец). Помню лишь, что вначале мы жили в бомбоубежище, вход в которое был со стороны Невы - первая дверь налево от Зимней канавки, если смотреть в сторону Невы. Но вскоре нас перевели в другое бомбоубежище - в Неву часто попадали бомбы замедленного действия, и это стало причиной нашего перевода. Вход был со стороны Дворцовой площади, входили в ворота, проходили двор. В этом дворе, когда не было тревоги и артобстрела, мы, дети, гуляли и собирали позолоченные завитушки от картинных рам. Еще я помню, что когда нас переводили во второе бомбоубежище, перед тем, как мы повернули направо на Дворцовую площадь, к нашим ногам из-за угла посыпались раскаленные осколки снаряда - один из атлантов был поврежден. Во втором бомбоубежище по обе стороны длинного "коридора" (прохода) были ниши, в которых стояли топчаны (нары). Нам не удалось занять нишу, и наш топчан стоял между нишами в проходе. Нишу около нас занимала семья заместителя моего отца - мама, бабушка и девочка Елена моего возраста, фамилия - если память мне не изменяет - Богданова. Недалеко от нас были нары художника Дыдыкина, кажется, его звали Николай, отчества не помню. Он часто разговаривал с моей мамой. Больше никого из соседей, к сожалению, не помню. Точно накануне Рождества, в январе 1942 года, в бомбоубежище влетел (именно влетел) директор Эрмитажа, академик И. А. Орбели, с криком: "Быстро собирайте вещи, бомба попала в водопровод!!!". Это я запомнила на всю жизнь. Итак, мы все очутились в морозную Рождественскую блокадную ночь на улице и разбрелись по домам. В конце февраля мой отец приехал с фронта на грузовике и вывез нас и сына редактора газеты "В решающий бой", где он был военным корреспондентом, в Волхов, а оттуда мы уехали в Череповец.

Мы благодарны сотрудникам Эрмитажа, которые в годы войны в осажденном Ленинграде спасали музей и тем, кто сохранил сокровища из коллекций Государственного Эрмитажа, эвакуированные в Свердловск (ныне Екатеринбург).

Подробнее

Добрый день!
Не нашла другого способа задать вопрос. Я училась в Ленинграде и была  частым посетителем Эрмитажа, с тех пор не могу понять, каким же было освещение на главной лестнице? Сейчас там в деревянную резьбу встроены электролампы, но перестраивали лестницу по эскизам Растрелли и до появления во дворце электричества. Там должны были крепиться свечи, но свечи вниз не горят. Либо были дополнительные конструкции, подвесы. Ну, очень любопытно. Когда-то пробовала спросить консультантов, дежуривших в  зале, но... А сейчас просто очень далеко от Эрмитажа. Если Вы опубликуете ответ, не сочтите за труд прислать ссылку.

Спасибо Елена Радоснова

Этот вопрос часто волнует внимательных посетителей, пришедших на экскурсию в музей. Действительно, нынешние светильники на Иорданской лестнице совершенно не приспособлены для свечного освещения. Ответ кроется в ее истории. Проект лестницы был выполнен самим Ф.Б. Растрелли, создателем Зимнего дворца. Строительство завершили одновременно с открытием новой парадной резиденции, весной 1762 г. В 1837 г. разрушительный пожар за три дня уничтожил внутреннее убранство здания. Сведения о том, каким было освещение лестницы до этой трагедии, крайне скупы. Сохранилось лишь несколько чертежей, выполненных Растрелли, и, несмотря на их детальность, светильники там не изображены. Восстановление лестницы и парадных интерьеров было доверено В.П. Стасову, который во многом повторил замысел Растрелли.
Для освещения тогда были использованы кинкеты - масляные лампы, названные по имени парижского аптекаря Антуана Кинкета, который во второй половине XVIII в. изобрел т.н. "стеклянный камин", который подвешивался на стену. Источник света не давал тени от емкости, благодаря чему освещение было достаточно ярким. Вполне возможно, что изобретение Кинкета использовалось для освещения лестницы и до пожара, но достоверные сведения на этот счет отсутствуют. В целом, в Европе и России вплоть до середины XIX в. масляные лампы соперничали со свечами. Бывало, лампам отдавалось предпочтение: при использовании больших вместительных резервуаров для масла отпадала необходимость заменять быстро таявшие свечи.
В 50-60-е гг. XIX столетия повсеместно происходит замена кинкетов на карсельские лампы, которые в ту пору пользовались большой популярностью. Они были названы по имени французского изобретателя Карселя, который снабдил резервуары механическим "часовым" устройством, нагнетающим масло в горелку. Эти изменения коснулись и Иорданской лестницы. Именно эти светильники мы можем видеть на акварели К.А.Ухтомского, запечатлевшего лестницу в 1860-х гг.
Время шло, в конце XIX столетия наступила эпоха электричества. Но карсельские лампы были так хороши и удобны, что даже теперь долго не сдавали своих позиций: в 80-е гг. XIX века их просто снабдили электрическими механизмами.
Возможно, так все и сохранилось бы до наших дней, но свою роль сыграл недолговечный материал, из которого они были выполнены, - шпиатр (цинк), применявшийся в художественной промышленности XIX-первой трети XX века в качестве заменителя бронзы. Светильники разрушались на глазах, возникла угроза их падения. Подобное в парадной резиденции императора было недопустимо. Поэтому на рубеже XIX-XX вв. их заменили бронзовыми, выполненными по эскизам Л.Н.Бенуа - теми, которые мы видим на лестнице сейчас. Работы по проектированию начались в 1898 г. Модели по эскизам Бенуа создавал скульптор П.С.Козлов, отливали светильники на фабрике Адольфа Морана - на них сохранились соответствующие метки 1900-х гг. К 1901 г. люстры и бра были размещены на лестнице. Творения Бенуа гармонично вписались в интерьер XVIII в, выгодно подчеркнув преимущества электрического освещения.

В конце 2009 г. на лестнице начались комплексные реставрационные работы, продолжавшиеся в течение года. В 2010 г. были проведены работы по обновлению освещения Иорданской галереи. Любопытно, что проект был осуществлен при участии компании Philips, сотрудничество с которой продолжается уже более века: первый контракт был заключен 112 лет назад. Тогда было поставлено 50 тыс. угольных ламп-свечей, которые были использованы для внутреннего освещения помещений Зимнего дворца. Иорданская лестница всегда ощущала на себе дыхание времени, примеряла лучшие достижения прогресса в области освещения, в то же время, сохраняя свою индивидуальность. Так было на протяжении всей ее 250-летней истории, так происходит и теперь. После завершения реставрации Иорданская лестница Зимнего дворца предстала перед гостями музея во всем своем великолепии.

В администрацию Президента России поступило письмо от жительницы Москвы М. М. Соколовой. Марию Михайловну беспокоит то, "что национальному достоянию России государственному музею Эрмитаж хотят придать исторический цвет - желтый". Возможность воплощения этого намерения автор послания называет "историческим безобразием". "Величайший памятник культуры Эрмитаж ассоциируется только с сине-изумрудным тоном. И это прекрасно, так как выделяет данное строение из общей массы и позволяет ему быть визитной карточкой города..."

Из письма М. М. Соколовой Президенту России Д. И. Медведеву

Из письма директора Государственного Эрмитажа М. Б. Пиотровского директору Департамента культурного наследия и изобразительного искусства Р. Х. Колоеву от 3.09.2009

В 2008 году Государственный Эрмитаж впервые инициировал общественную дискуссию о цветовом решении Дворцовой площади. Не всем известно, что сегодняшняя окраска Зимнего дворца зеленой и белой краской не имеет никаких исторических оснований и является плодом фантазии послевоенных архитекторов. Ядовитость зеленого цвета рождена низким уровнем отечественных красок.

Эрмитаж организовал несколько научных обсуждений и конференций по этой проблеме, имеющей определенную актуальность. Были проведены археологические исследования, собран весь существующий изобразительный материал. На эту тему опубликовано несколько научных статей. Все материалы опубликованы также на сайте Государственного Эрмитажа.

Мы провели опрос жителей города по поводу того, готовы ли они к перемене привычного цвета. Опрос в очередной раз подтвердил краткосрочную консервативность жителей города. Большинство оказалось не готово воспринять другую окраску независимо от того, историческая она или нет.

Напомню, что вопрос окраски исторических зданий Петербурга решается совместно с органами охраны памятников. Это известная и давняя процедура. Напомню также, что исторический Петербург знаменит пастельной гаммой окраски фасадов зданий. Она была резко искажена в послевоенное время из-за качества красок при проведении ремонтных работ.

Вопрос о цветовом решении Дворцовой площади был и остается открытым. Неготовность жителей к изменениям эстетического характера принимается во внимание. Будет учтено и мнение М. М. Соколовой.

Вместе с тем опрос показал, что сограждане не всегда готовы к жанру открытого обсуждения, всякое предположительное рассуждение воспринимается как решение, с которым нужно бороться. Тон дискуссий склонен к конфронтации и резкости. Даже в этом, весьма интеллигентном письме, проскальзывают такие выражения как "историческое безобразие". Это печально.

Боевой пафос там, где нет особой нужды возмущаться, снижает действенность общественного мнения там, где нужно не просто возмущаться, но кричать. В Петербурге таких поводов много.

Директор Государственного Эрмитажа
М. Б. Пиотровский