|
|
|
|
|
|
|
  
"Пришла пора сменить приоритеты" - На наш взгляд, шум вокруг кражи поднялся неадекватный. Но его надо использовать, чтобы привлечь внимание общества к судьбам музеев. В прошлом году 18 мая, в Международный день музеев, мы хотели провести акцию в защиту музеев по стране, выйти на улицы с плакатами и лозунгами. Потом подумали и поняли, что эту акцию никто не заметит. Испортим только праздник, поссоримся с губернаторами на местах. Думаю, мы были правы. Теперь, когда возник мощный шум вокруг Эрмитажа, возможно, мы сможем докричаться не только до власти, но и до общества. Сразу скажу, в самой ситуации с кражей остается много загадок, детективная история развивается. Надо дождаться завершения следствия. Что касается уроков, стало очевидным, что мы увлеклись формированием образа музея как красивого во всех отношениях учреждения, доставляющего людям радость. Главными для нас стала доступность музеев и их социальная роль. В какой-то момент это было нужно, чтобы поднять роль и значение музеев в стране, в обществе и в мире. Приоритетом для музеев стал показ коллекций, а хранение отошло на второй план. В результате в хранительской деятельности появилась некоторая расхлябанность, ощущение ее второстепенности, в конечном итоге потеря вкуса к этой работе. Первый и главный урок, который мы извлекли: хранение должно выйти на первое место. Второй урок касается всего общества. Средства массовой информации отражают состояние этого общества. Злорадство, которое прозвучало со страниц газет, в радиоэфире и с телеэкранов в связи с тем, что произошло в Эрмитаже, заставляет задуматься. У нас увеличивается слой общества, которому недостает образования и культуры. Это следствие того, что культура не входит в число национальных приоритетов. Кажется, Дмитрий Сергеевич Лихачев говорил, что слово "культура" надо писать на первом месте, даже если денег ей выделяют недостаточно. Пренебрежение к культуре может привести к большим потерям. К национальному достоянию потянутся другие руки. Вещи, украденные из Эрмитажа, ценны не столько своей стоимостью, сколько тем, что это коллекция русского искусства. Для нее есть место в Главном штабе, в залах, посвященных Фаберже. Для меня эта кража - насильственная приватизация части коллекции Эрмитажа. Эта часть попала в частные руки, что немыслимо по отношению к музейным вещам. Нам часто говорят: у вас слишком много всего, надо что-то отдать в частные руки. Ничего нельзя отдавать, это принципиальный подход. Даже столовые приборы разного времени производства - предмет для научного исследования. В связи с кражей нам пришлось лицом к лицу столкнуться с антикварным сообществом. С одной стороны, антиквары оказались лучше, чем мы о них часто думаем и говорим. Возвращение пропавших вещей отражает их добрую волю. С другой стороны, поток якобы независимых специалистов и антикваров с радостью обрушился на музей. Они мстят за свои старые обиды. Репутация не позволяла им приблизиться к музейным коллекциям. Эти люди сегодня оживились и получили возможность завладеть вниманием публики. В Эрмитаже исторически были прекрасные отношения с коллекционерами, большое число наших собраний - подарки петербургских и ленинградских коллекционеров. Отношения с антикварами надо развивать, как это делают музеи на Западе. Конечно, наш антикварный рынок более криминализирован, чем западный, но отношения с ним надо выстраивать. Общение с антикварным миром можно строить, опираясь на людей, которые нам помогли. Хотя не следует забывать, что в числе тех, кто вернул вещи, есть и такие, которым руки подать нельзя. Размышляя о будущем, не думаю, что надо изобретать новую музейную стратегию. Гром прогремел, мы выяснили, что хранительское дело должно стать приоритетом. В том, что приоритеты меняются, нет ничего страшного. После революции ценности надо было собрать и спасти, чтобы они не ушли за границу и не рассеялись по комиссионным магазинам. Потом пришло время их изучить и перетолковывать историю. Затем настала пора сделать музеи доступными и интересными для людей. Новое поколение музейщиков надо ориентировать на хранение. Возможно, стоит серьезно подумать о системе обучения специалистов этого профиля. Понятно, что в ближайшее время придется отказаться от каких-то выставок. Публичность музея вступила в конфликт с его хранительской функцией. Ревизия культурного наследия, которая будет проводиться специальной комиссией по поручению президента, по существу, вскроет историю формирования музейных коллекций эпохи советской власти. Ревизия выявит общую картину. Мы должны быть готовы к тому, что чего-то не обнаружится. История формирования музейных коллекций долгая и запутанная. Коллекции национализировали, собирали, случалось, растаскивали по разным музеям страны, что-то государство продавало, дарило, нельзя забыть об эвакуациях в годы войны. В послевоенное время описание предметов часто делали совсем молодые неопытные люди, они допускали ошибки. В результате мы имеем громадные фонды, которые хранятся не самым лучшим образом. После проверки мы получим полную картину системы музейного дела в стране, точно описанную. На этом материале можно построить компьютерную модель национальной программы безопасности культурного наследия страны. Мы говорили об этом на внеочередном заседании Союза музеев России. На основе результатов ревизии легко составить бизнес-план, чтобы понять, что нужно делать в первую очередь. В этот план войдут музейные хранилища и обязательно археологические объекты, туда же войдет система охраны, режима, компьютеризации, маркировки, страхования... Понятно, что ревизию надо делать быстро. Чтобы представить, сколько потребуется времени, скажу, что описание каждой вещи из тех, что нам сейчас возвращают, у следователя занимает не менее часа. Значит, прежде всего надо обозначить приоритеты проверки. В хранении русского отдела, где случилось хищение, много вещей, которые редко бывают на выставках. Фонд не был востребованным, пока мы не стали готовить выставку "Николай и Александра". Музей - живой организм, который создавался исторически, в нем все ценно. Меня часто спрашивают, как я прогнозирую дальнейшее развитие событий. Посмотрим, как пойдет ревизия в музеях. Станет ли она охотой на ведьм и поиском компромата на музеи и музейщиков или конструктивным делом? Надо предпринять все усилия, чтобы трагическая ситуация послужила стимулом для развития музейного дела. |
||||
|
© Государственный Эрмитаж, 2011. |
