|
|
|
|
|
|
|
  
Взгляд из Эрмитажа. Город-музей? Это хорошо и
выгодно Сегодня, когда обсуждаются проблемы, связанные с архитектурой, с новациями в строительстве, часто говорят: "Конечно, Петербург - город-музей, но в музее жить нельзя". На мой взгляд, это неправильно со всех точек зрения. По сути, насаждается представление, что музей - затхлое учреждение, где ничего особенного не происходит, где жизнь протекает тихо и сонно. Там работают люди, получающие за свой труд копейки, поэтому они иногда воруют. Словом, создается отрицательный образ музея. За этим следуют рассуждения
такого рода: музейщики не знают, что хранят, хранят много барахла, причем
всего не показывают. И вывод очевиден - все надо передать в хорошие руки. И ведь мы уже не раз сталкивались с предложениями ввести чужеродное управление музейными коллекциями и музейными возможностями! Музеям приходится отражать попытки их приватизировать, наложить руки на музейную собственность, выпустить часть музейных вещей на рынок... На самом деле современный музей, будь то музей американский, французский или российский, с создаваемым отрицательным образом ничего общего не имеет. Достаточно зайти в любой из них, чтобы понять, как динамично он живет. Российские музеи доказали свою способность активно развиваться в условиях, когда государство проявило полное равнодушие к культурному наследию. Проверки, которые сегодня идут в музеях после эрмитажной кражи, показали, что государство никогда не обращало внимания на то, как и в каких условиях хранятся вещи. Для хранения нужны нормальные условия, которые нельзя создать в дворцовых залах. Государство проявило нелояльность и в послеперестроечный период, долго ничего не делало для музеев, бросив их на произвол судьбы. А музеи сумели построить модель динамичного социального и экономического развития. Модель современного музея выглядит следующим образом. Это учреждение, хранящее, собирающее и реставрирующее культурные ценности. Тем самым оно имеет громадное значение для общества, с которым постоянно общается. С обществом музей общается не только через галереи, куда приходят посетители смотреть на произведения искусства, но и через науку, которую создает, через выставки, просветительскую деятельность, концерты... Люди постоянно общаются с музеями. Это место, где многократно бывают горожане и приезжие. Сегодня музеи - структура, имеющая собственную экономику и играющая важную роль в общей экономике. Музеи украшают города и в значительной степени определяют жизнь многих из них - скажем, Венеции, Парижа или даже Нью-Йорка. Значительная часть туристов приезжают туда ради музеев. Музеи часто бывают градообразующими для города объектами. В крупных музеях мира есть своя экономика. Они предоставляют людям большой набор сервиса: рестораны, сувенирные магазины, концерты и многое другое, что способен предложить развитый город. Музеи не только зарабатывают деньги, которыми распоряжаются, но и образуют рабочие места и источники дохода вокруг себя - торговые точки, рестораны, гостиницы. Сегодня во всем мире все больше людей заняты в сфере услуг. В целом наше культурное наследие создает оптимистический настрой, дает рабочие места жителям, привлекает в город людей, которые оставляют здесь деньги. Особенно хорошо и престижно, когда люди приезжают для деловых форумов. Они едут туда, где им приятно и интересно находиться. Последний Петербургский экономический форум это ярко показал. Недаром его рекламировали образами старого, музейного Петербурга. Город-музей вполне может жить по модели музея. В городе есть привлекательные места, развитая инфраструктура, рабочие места. Сфера услуг, связанная с культурой, может впитывать все больше людей в малый и средний бизнес. Рабочие места дает и правильное отношение к памятникам в городе-музее. Памятники нужно реставрировать, что требует ручного труда. Развитое ныне строительство не дает ведь рабочих мест для местных жителей. Для него привозят людей из-за рубежа, используют машины и технику. А реставрацией, как правило, занимаются люди, живущие в городе. Разбирать исторические постройки, чтобы не пострадали соседние здания, надо вручную, по кирпичику, а не машинами. Забота об исторических зданиях повышает цену на недвижимость. Цена, не спекулятивная, а реальная, повышается по мере заботы о старом жилом фонде и памятниках, которые обретают новое использование. Деньги, вложенные в реставрацию, город сохраняют. Новое строительство в историческом центре, как показывает практика, памятники убивает. Есть такая наука - экономика исторического наследия. Она доказывает, что реконструкция исторических центров больших городов, в частности американских, во многих отношениях более выгодна, чем их снос и новое строительство. У нас есть национальный Центр опеки наследия, созданный Академией архитектуры и строительства. Его работа строится в какой-то степени по образцу национального траста Великобритании. Создаются учреждения, которые опекают исторические памятники и следят за их использованием, в том числе и коммерческим. Такая система отлажена не только в Великобритании, но и в США. У нас же экспериментальная работа по использованию памятников, которое не вредит их духу, только начинается. На заседании рабочей группы Совета по культуре при президенте мы договорились создать опеку над памятниками в Тверской области, чтобы их сохранить и найти правильную форму использования. У нас принято говорить: раз в городе-музее жить нельзя, его надо перестраивать и отдавать памятники в частные руки. При таком подходе от памятников скоро ничего не останется. Существуют другие пути, чтобы памятники жили долго и правильно использовались. В этом отношении у нас накоплен опыт. Он показывает, скажем, что пример использования дворца в качестве музея - правильный путь, а в качестве фондохранилища - неправильный. Другой пример: после революции дворцы часто приспосабливались для детских учреждений. Это хорошо, дети воспитываются на прекрасном. А вот дворцы в качестве больниц - гораздо хуже... Есть много способов использования культурного наследия для развития общества в целом. Их надо рассматривать, чтобы город-музей мог жить не хуже музея. Такой город хорошо сочетается с городом-портом, с городом науки. Наука тянется к тому, что красиво. Надеюсь, в ХХI веке политика и экономика станут частью культуры, не только потому, что культура важнее. Многие научные решения и находки делаются с помощью умозаключений, построенных не на арифметике, а на интуитивных вещах, которые воспринимаются через культуру, литературу, искусство. Вспомним: когда в новосибирском Академгородке собрались блестящие отечественные умы, оказалось, что им необходимо искусство. Лучшие писатели, поэты, художники туда ездили, там устраивались выставки. Город-музей прекрасно сочетается и с образом военной столицы. Военные церемонии на Дворцовой площади у Зимнего дворца поднимают чувство самосознания людей. Мы разворачиваем музей гвардии в Главном штабе. История русской армии - хорошее средство для воспитания молодых военных. Если мы на Дворцовой площади будем проводить церемонии, связанные с войной 1812 года, с петровскими победами, это станет традицией и будет переходить из поколения в поколение. С чем не уживается город-музей? Он плохо уживается с химическим, металлургическим производством. Оно сейчас уходит из города и может развиваться за его пределами. Город-музей плохо уживается с разросшимися бюрократическими структурами. Им требуется много зданий. Удивительное дело: аппарат коммунистической партии исчез, а помещений для тех, кто пришел на смену, требуется гораздо больше. Думаю, проблему можно решить, построив деловой центр, куда частично переедет бюрократический аппарат. В целом динамично живущий город-музей использует культурное наследие для создания атмосферы оптимизма. Жить в городе-музее хорошо и выгодно. Если об этом не думать, привлекательность города для тех, кто здесь живет, и тех, кто сюда стремится, будет значительно меньше. Города, где есть история, культурное наследие вместе с динамичной экономической активностью играют особую роль. Петербург всегда ухитрялся совмещать в себе разные функции, оставаясь привлекательной диковинкой - "парадизом", каким и задумал его Петр. |
||||
|
© Государственный Эрмитаж, 2011. |
