|
|
|
Взгляд из Эрмитажа. Культурный захват
Статья в газете "Санкт-Петербургские ведомости"
30 октября 2008 г. (N 205)
Недавно состоялось очередное заседание международного форума "Диалог
цивилизаций". Я говорил там о музеях как о механизме культурного
диалога, способного снимать напряжение. Это важная миссия музеев, роль
которых становится больше в самых разных общественных проявлениях. Так,
музеи - одно из лучших средств рассказа об истории и культурных связях.
Эрмитаж только что открыл в Мантуе выставку, посвященную камее Гонзаго.
Это шедевр - один из главных экспонатов Эрмитажа, величайшая камея в мире
по размеру и по художественному значению. Она побывала в разных местах
и в разных руках, прежде чем оказалась у солдата наполеоновской армии.
Наполеон ее забрал, подарил Жозефине, а та подарила камею Александру I.
Из названия ясно, что камея происходит из семейства Гонзаго, которое
правило в Мантуе. Мы сделали выставку, где показали камею, а вместе с
ней драгоценности, которые хранились в коллекции семейства Гонзаго, картины
с изображением русских войск в Париже, большой бюст Александра I... Словом,
история камеи, рассказанная эрмитажными материалами.
Мантуанцы делали выставку о том, каким замечательным было семейство Гонзаго.
Получился рассказ о русских коллекциях и русской истории. Это способ с
помощью искусства проповедовать патриотизм. Вот зачем надо возить выставки
- наш культурный продукт за границу.
Сейчас во всем мире происходит территориальное расширение музеев. На
прошлой неделе в Эрмитаже прошла международная конференция "Музеи
мира в XXI веке. Реконструкция, реставрация, реэкспозиция". Речь
шла о музеях, которые используют свои здания для новых функций. Они расширяются,
для того чтобы делать детские, туристские, музыкальные программы, показывать
больше коллекций... Для всего этого требуется пространство.
На конференцию съехались специалисты со всего мира, они рассказывали
интересные вещи. К примеру, МОМА - музей современного искусства в Нью-Йорке
перестраивался уже несколько раз. Сейчас завершается реконструкция, которая
дала музею новые помещения, расширила прежние, что необходимо для показа
современного искусства. Для этого потребовалось необычное техническо-экономическое
решение. Музей ухитрились расширить на одной из улиц Манхэттена. Там строят
небоскреб, где нижние пять этажей займет музей, а наверху будут жить люди.
Оказывается, можно сделать сочетание музея и жилого квартала. При одном
условии - главным должен быть музей.
В первый день конференции мы слушали доклад, посвященный Берлину. Там
есть музейный остров, где стояли несколько зданий - Пергамский музей,
Старый музей, Новый музей, Картинная галерея... В войну они почти все
были разрушены, потом частично восстановлены. Вещи из этих музеев были
перевезены в СССР, а пятьдесят лет назад переданы Германии. Немцы стали
реконструировать свой музейный остров и осознали, как много Россия им
отдала. Когда политики говорят "верните", мы отвечаем "да
мы уже столько всего отдали", это плохо воспринимается. Сейчас все
видят: если бы Россия не передала Германии Пергамский алтарь, Египетский
музей и многое другое, незачем было бы проводить реконструкцию на музейном
острове. Не случайно в Берлине готовят торжественный акт выражения благодарности
России за возвращенные ценности. Это убедительный аргумент и для трофейных
разговоров. Здания восстановят, экспонаты выставят, и хватит об этом говорить.
Если бы немцы не занимались музейным строительством, это не стало бы так
очевидно.
Напротив музейного острова когда-то стоял замок. Во времена ГДР его разрушили,
на этом месте построили Дворец республики, а потом и его снесли. Теперь
будут восстанавливать фасады Берлинского замка, а внутри построят новый
универсальный музей. По организации внутреннего пространства он будет
восходить к Дворцу республики. Многие говорили, что дворец жалко было
уничтожать. Там были кафе, магазины, рестораны, общественные пространства,
где люди интересно проводили время. Немцы не отрекаются от прошлого, а
пытаются что-то взять из него и воссоздать в новой форме.
Проблемы реконструкции и реставрации музея тесно связаны с жизнью города,
в котором он расположен. Важно, как музей соотносится с городским пространством.
К примеру, на месте Чрева Парижа построили Центр Помпиду, в котором есть
что-то от многолюдной рыночной жизни: концерты, магазины... Перед центром
образовалась площадь, у которой собственная жизнь. Там выступают уличные
артисты, музыканты... Новую схему взаимоотношений музея и городской среды
строят в Японии. Музеи приходят туда, где много людей. Их строят рядом
с универмагами. Человек зайдет в музей, увидит прекрасное, что-то в душе
обязательно унесет.
К реконструкции и реставрации исторических зданий побуждает то, что музеи
теперь воспринимаются не только как храмы искусства. Часто их сравнивают
с Диснейлендами, так много у них новых функций. Современным музеям нужны
пространства для новых залов, магазинов, галерей, ресторанов, библиотек,
паркингов... Это музейная жизнь и музейная экономика. Приходится думать,
что лучше, ресторан или кинозал? И то и другое для современного музея
вещи необходимые. И вокруг этой проблемы тоже велось обсуждение на конференции.
ХХ век дал примеры потрясающих архитектурных музейных событий. Вспомните:
"пирамида" Лувра, Британский музей с перекрытым двором, новая
галерея Тейт, где громадную фабрику превратили в помещение для выставки
современного искусства. В ХХ веке возникли новые музеи - Гуггенхайм, Центр
Помпиду, музей Пола Гетти, Музей цивилизаций в Париже. Возникло несколько
частных музеев с блестящей архитектурой, к примеру, в Базеле.
XXI век требует реконструкции, реставрации, приспособления исторических
зданий под музейные нужды. Архитектурный памятник может стоять нетронутым,
когда живет сам по себе. Но если в нем что-то происходит, он меняется,
для этого есть пределы и правила. Музеи предлагают образцы, как можно
приспособить здание для своих функций и нужд, не нарушая правил.
Образцов много. К примеру, вокруг берлинского острова шла оживленная
дискуссия, в том числе и об охране памятников. Немцы показывали, как реставрируют
Новый музей. В здании сохранилось много металлических конструкций, их
бережно сохраняют. При этом снаружи без всяких сомнений немцы строят коридор,
по которому можно пройти из одного здания в другое. По нашим понятиям,
это не совсем правильно. Еще одно новшество: на музейном острове делается
сквозной проход - "археологический променад". Это маршрут, которым
человек проходит через Пергамский алтарь, греческие, ассирийские памятники...
Идея короткого прохода на первый взгляд кажется неправильной. Но если
вспомнить, на этом построена обзорная экскурсия по Эрмитажу. Все надо
обсуждать и осуществлять, руководствуясь хорошим вкусом
Кроме архитектурных проблем мы обсуждали проблемы взаимоотношений музея
и окружающего мира. Нам кажется, интересы музея должны быть главными.
Но так происходит не всегда. В Амстердаме идет многолетняя реконструкция
Рейксмузеума. В процессе реконструкции собирались изменить функции известного
проезда под музеем. Однако это мешало велосипедистам. Они, а также город
разрешения на перенос велосипедной дорожки не дали.
Любопытный доклад был о музее в Филадельфии. Он построен в греческом
стиле в начале прошлого века, но уже стал классикой. Музей энциклопедический,
но в нем много современного искусства. Для показа современного искусства
он получил новое здание, интересно, как оно перекликается со старым в
экспозициях.
В Афинах делают новый оригинальный музей на Акрополе. Там будут показывать
мраморы Парфенона и копии вещей, которые хранятся в Британском музее.
Греки не теряют надежды их вернуть.
Надо сказать, что на конференции достойно выглядела Россия. У наших музеев
интересные идеи. Страна пережила перестройку, приватизацию, захват собственности...
Инициативу проявили не только энергичные люди, но и музеи. Они захватили
и продолжают захват территорий.
Русский музей получил несколько дворцов. Интересно наблюдать, как они
превращаются в единый организм. На конференции был представлен план развития
Строгановского дворца. Обсуждалась проблема дворов Михайловского дворца.
Есть проект соорудить там лифты, способные поднимать людей на верхние
этажи музея. Предложение вынесено на суд коллег, которые делают нечто
подобное. Думаю, обсуждение будет полезно, когда придет время принимать
окончательное решение.
Особая проблема - расширение Третьяковской галереи в Москве. Для нее
было построено на Крымском Валу огромное здание с замечательной экспозицией,
теперь на его месте собираются воплощать проект Нормана Фостера. Возникает
непростая проблема: какую часть здания можно сносить. Это предстоит решать
Третьяковке.
У музеев Кремля другая проблема. У них громадные коллекции, но они "живут"
в Кремле. Чтобы коллекции показывать, надо расширяться, но куда? Музеи
"выходят" из кремлевских ворот. Им передаются площади, будут
строиться здания в центре Москвы. Деликатный выбор: где показывать коллекции,
где разместить хранилища и реставрационные мастерские? В Кремле останутся
экспозиции. Отреставрирована колокольня Ивана Великого, на нее можно подняться,
наверху размещена экспозиция истории Кремля. В маленьком выставочном зале
экспонируются драгоценности.
Другая история - ГМИИ имени Пушкина. Музей захватывает целый квартал,
где у каждого здания своя функция: музей частных коллекций, галерея XIX-ХХ
веков, детский центр...
Проблем много. Мы меняем мышление. Есть традиции, и есть выход за пределы
традиций. Из всего, что придумывают музеи, можно извлечь уроки.
|
