Интернет-встреча с Михаилом Борисовичем Пиотровским в "Cafemax в Эрмитаже"
26 апреля 2004 г.

- Нет ли опасности для Эрмитажа, как здания, превратиться в Лувр, когда за великолепным Историческим фасадом скрывается пусть и наисовременнейший с точки зрения коммуникаций и безопасности, но бездушный НОВОДЕЛ, не имеющий ничего общего с той великой историей, которая жила в этих стенах?
- Приятна эта опасность - Лувр один из лучших музеев мира, равных ему в мире 2 или 3 , один из них - Эрмитаж. Я не думаю, что в Лувре плохо внутри. Новодела там нет, есть просто хорошая реставрация. Но подмечено верно: есть некоторое отличие Лувра от Эрмитажа. Лувр давно перестал быть дворцом, эти громадные вокзальные залы делались из расчета музея. Поэтому ощущения истории, которое есть в Эрмитаже, в Лувре нет. И они очень хотят и стараются его возродить. Уже восстановлена часть исторических интерьеров. Что же касается насыщения техникой - это не новодел, это необходимость. Они должны быть. Мы почти перестали делать новую систему кондиционирования в Эрмитаже, потому что эти ящики очень портят вид, но без них не получается. Надо стараться, чтобы техники было не видно.

- Михаил Борисович! Почему в качестве Вашей научной специализации Вы выбрали искусство Востока? Что повлияло на Ваш выбор? Нет желания заняться чем-то другим, например Китаем?
- Моя специализация не Искусство Востока, а вообще история, и конкретно история Востока. Я историк и занимаюсь историей Востока в разных его аспектах. Более конкретно Арабской историей и историей мусульманской. Это требует такого количества знаний и работы, что перекидываться с арабистики на Китай просто не серьезно. Ученый должен знать какие-то общие вещи и конкретная работа, где он должен знать все детали и добывать новые факты. Перекидываться никуда я не хочу, но судьба заставляет - сейчас, например, религия ислама имеет большее общественное значение, чем значение древней истории Аравии. Так что в пределах своей профессии я многим занимаюсь. Моя профессия мне интересна - я сам ее выбирал, и если бы выбирал снова, то выбрал бы то же самое, на тот же факультет бы пошел, тот же арабский язык бы учил.

- Уважаемый Михаил Борисович! Всем известно, что по образованию Вы - арабист. Мой вопрос связан с Вашим знанием исламского мира. Произойдёт ли когда-нибудь реабилитация ислама в глазах людей после всех печальных событий в мире? Спасибо.
- Если мы говорим Люди, то большая часть людей в мире мусульмане. Им себя реабилитировать не надо - если есть мнение малообразованных европейцев и американцев, что ислам чем-то плох, то никакой реабилитации не нужно. Что же касается происходящего в мире - в мире происходит два вида событий, которые к исламу никакого отношения не имеют. Одна категория событий - это использование террора в борьбе. Напомню, что террор - это не явление, это метод борьбы, когда устрашают, а не просто уничтожают. Этот метод борьбы слабых. Он используется широко самыми разными движениями: и религиозными, и не религиозными. Так что к исламу это никакого отношения не имеет. Напомню, что до 11-го сентября самый большой взрыв был в Оклахоме, более зверский, чем взрыв 11-го сентября, потому что те, кто устраивали взрыв в Оклахоме сами собой не жертвовали, а взорвали детский сад. Это были обыкновенные христианские фундаменталисты - американцы. Второе явление, которое происходит, и тоже ислам здесь не при чем - во всем мире резко усиливается влияние религии. Это происходит в Америке, где половина внешней политики диктуется христианскими фундаменталистами. Это сейчас происходит и у нас в России, постепенно в Европе и во многих местах мусульманского мира. Надо еще думать хуже или лучше это явление, когда религия становится активной политической силой. Речь идет не о реабилитации, а о понимании той ситуации, в которой сейчас находится исламский мир. Сам он в ней совершенно не виноват. Реабилитироваться ему совершенно не за что.

- Михаил Борисович, как в Эрмитаж попадают экспонаты, например, из восточной культуры? Вы их покупаете, Вам их дарят или обмен с музеями Востока происходит?
- Самыми разными путями. Сейчас не время Екатерины, когда она покупала самые лучшие мировые коллекции - это был самый лучший способ. Была гарантия - раз самая знаменитая коллекция, значит, по крайней мере, 80% коллекции - шедевры. Таких возможностей у нас нет. У нас исторически были разные этапы. Были и покупки, и археологические экспедиции, и национализации, были конфискации у разгромленной Германии. Сейчас мы покупаем, но покупаем немного, потому что денег нет. Но покупать обязательно нужно. Мы покупаем те вещи, которые заполняют наши вакуумы - те узкие мировые культуры, которых у нас нет. А также стремимся возвращать в Россию вещи, имеющие историческую ценность. Не просто произведенные здесь и вывезенные, но и вещи представляющие историческую ценность. Недавно приобрели веер замечательный, произведенный и расписанный вручную акварелью. Веер произведен на коронацию Павла I. Приобрели замечательную миниатюру с портретом Александра I для нашей выставки "Александр I". Музеи не меняются друг с другом, идет только обмен выставками.

- Михаил Борисович, культура Востока всегда была очень загадочна. Вы много лет занимаетесь ее изучением. Сейчас вы могли бы сказать, что для себя вы хотя бы чуть-чуть приоткрыли тайну Востока?
- Тайн никаких я для себя не приоткрыл. Хотя могу сказать, что в мусульманском Востоке я чувствую себя достаточно спокойно, также как в Европе, как в Америке, как в России. Насчет загадочности: Россию весь мир тоже считает безумно загадочной, хотя, на мой взгляд, никаких загадок нет. На самом деле изучение других культур и научное и просто туристическое, развлекательное - очень важно для людей. Потому что живем мы в общем мире, хоть и говорим на разных языках. Как и понимать другие языки - необходимо понимать культуру друг друга. Не надо стремится постичь тайны. Никогда русский не станет арабом, а араб не станет китайцем. Американцем может стать, т. к. американец - это не национальность, это понятие более широкое. Это то, что мы хотели сделать в Советском Союзе, американцам удалось. Проникновение в разные культуры обогащает человека. Эта задача любого музея и такого как Эрмитаж - помогать людям. Помогать людям постичь не тайны, а прелесть других культур.

- Михаил Борисович, скажите, пожалуйста, недавнее участие Сокурова в интернет-встрече в Эрмитаже, это совпадение или целенаправленное слияние Сокурова с Эрмитажем, после удачной съемки фильма "Русский Ковчег".
- Это безусловно слияние Сокурова с Эрмитажем, но не после съемок фильма. "Русский Ковчег" явился результатом этого слияния. С Сокуровым мы работали и раньше, он очень любит Эрмитаж. Он редкий человек, понимающий музей и знающий его во всей его целостности: выставки, люди и научная деятельность. Мы давно хотели сделать что-нибудь такое, что показало бы дух Эрмитажа. И в "Русском Ковчеге" это получилось. Сейчас у нас много совместных планов. Сокуров себя чувствует хорошо в Эрмитаже, и мы себя чувствуем хорошо и легко с ним. С ним мы делали "День Памяти Блокады" - инсталляции, театральное шоу, лазерную мистерию, выставку. Получилось, по-моему, очень здорово. Это прекрасный вариант того, что должно происходить в музее: у нас много музыки, теперь вот и великий режиссер тоже работает с нами.

- Какова судьба культурных ценностей, попавших в музей после Второй Мировой войны? Будут ли они возвращены Германии?
- После Второй Мировой в Россию попали ценности, конфискованные в Германии, как компенсация за уничтожение культурного наследия России, которые сознательно проводились германскими, в то время нацистскими, властями. Большая часть ценностей Германии давным-давно возвращена. Осталось не так много и поэтому речь идет о том, будут ли возвращены оставшиеся ценности. Я употребляю обычно другой термин - "переданы". Потому что все, что было сделано после войны, было сделано нормально, в соответствии с духом того времени. Теперь, поскольку мы живем рядом и у нас совершенно другие отношения с Германией, мы возвращаем часть этого наследия по обоюдной договоренности. Было несколько таких передач. Точно так же как были осуществлены несколько германских проектов по поддержке культурной жизни России. Это передача, которая должна осуществляться на самом высоком уровне. Если Российская власть считает, что нужно что-то передать Германии, из того, что было немецким - почему нет. Только таким образом это должно происходить - тогда, когда для этого есть интерес и смысл. Но не надо делать из этого политической игры. Каждый раз мы должны подходить к этому прагматически. Эти ценности в первую очередь нужны народу и нет большой разницы где они будут храниться, кроме тех вещей, которые особо святы для Германии.

- Михаил Борисович, намечаются ли в ближайшее время выставки классической голландской живописи? Будет ли возрождаться Фельдмаршальский зал? Возможно ли восстановление Зимнего сада?
- Голландской живописи выставки нам делать особенно не нужно - у нас лучшая в мире собственная коллекция. Мы собираемся сделать новую голландскую галерею, новый голландский зал. Он будет так называемой "Петровской галереей", которая примыкает к Зимнему саду. Превращение ее в галерею Голландской живописи связано с общими планами по реставрации Зимнего сада. Зимний сад будет реставрироваться совместными усилиями: нашими и наших голландских друзей. Сейчас мы завершаем работы над проектом. Мы не будем делать ничего радикально нового: покрывать его стеклом, например. Мы просто его восстановим и попробуем сделать новый набор растений, сделаем его более организованным. А самое главное - обеспечим новую систему гидроизоляции, потому что он протекает. Систему надо менять каждые 30 лет, а ее давно не меняли. Что касается Фельдмаршальского зала: он постепенно восстанавливается, постепенно туда вернутся все портреты фельдмаршалов, сейчас они реставрируются.

- Сколько сотрудников задействовано в работе Эрмитажа (включая персонал музея и его смежных подразделений)? В чьей компетенции находится решение международных вопросов (связанных с обменом культурными ценностями различных стран и т.д.)?..
- В Эрмитаже работает немногим более 2000 сотрудников, самого разного профиля. У нас около 200 научных сотрудников, около 200 человек - просветительский отдел: лекторы, экскурсоводы, методисты; большое количество сотрудников инженерных специальностей - Эрмитаж это громадное хозяйство; служба безопасности и т. д. Все вопросы, касающиеся жизни Эрмитажа находятся в компетенции дирекции Эрмитажа: директора и его заместителей. Существует ученый совет Эрмитажа. Несколько основных пунктов деятельности Эрмитажа контролирует Министерство Культуры: вопрос ввоза/вывоза, вопросы хранения, финансовую дисциплину. У нас хорошая автономия с правильными пунктами контроля.

- Уважаемый Михаил Борисович! Есть ли у Эрмитажа статистика о посещении иностранцами Эрмитажа. Сколько должен стоит входной билет, в среднем, чтобы нужды музея покрывались за счет продажи билетов? И еще вопрос. Какие экспонаты в Эрмитаже Вы спасли бы первыми, в случае неких форс-мажорных обстоятельств. Спасибо.
- Нужды музея никогда не покрыть за счет продажи билетов. Идёт глобальная реставрация, которую никакими билетами не покроешь. Но чтобы покрыть ежедневные нужды, билет должен стоить ровно столько, сколько он стоит сейчас во всех музеях мира, не полностью датируемых государством - порядка 10 долларов. В Музее Современного Искусства в Нью-Йорке установлен добровольный платеж - 12 долларов. Музей можно было бы содержать, если бы наши соотечественники могли платить полную стоимость билета. Но Эрмитаж берет на себя ответственность за то, чтобы наши соотечественники могли посещать музей по приемлемой цене - сейчас это порядка 3 долларов. И чтобы дети, студенты и пенсионеры приходили бесплатно - это примерно половина наших посетителей. В общем, статистка такая: у нас порядка 2,5 млн. посетителей, из них - 400-500 тыс. иностранцы. Из оставшихся Россиян примерно половина посещает музей бесплатно. С другой стороны, мы надеемся, что государство станет настолько богатым, что сможет содержать нас полностью и музей станет бесплатным для посетителей, как, например, Британский музей - это наша мечта. Что касается экспонатов: у нас есть списки, что в первую очередь спасать в случае форс-мажорных ситуаций, которых у нас на самом деле очень много: например, ежегодно в Петербурге происходит наводнение и у нас есть инструкции, что передвигать в первую очередь, хотя, на самом деле те места, которые ежегодно заливаются водой не содержат никаких экспонатов. У нас расписаны все ситуации. Во всех списках в первую очередь указаны картины Леонардо, Рафаэля, Рембрандта, вещи из особой кладовой и т. д.

- Михаил Борисович, какие детские мероприятия запланированы на время летних каникул школьников в Эрмитаже?
- Детских мероприятий у нас множество. Они проходят не только в каникулы. Когда приходят дети, служба безопасности "стоит на ушах" - это очень беспокойная категория. У нас идут постоянные эрмитажные курсы для маленьких детей, лекции, экскурсии, художественные студии. В каникулы мы не все заявки можем удовлетворить: громадный Эрмитаж все равно не резиновый, поэтому мы большое внимание уделяем работе с детьми за пределами Эрмитажа: и в Петербурге, и в России, и в мире. У нас есть филиалы Эрмитажа -- выставочные центры, там тоже постоянно идет работа с детьми, например в Казани. Когда мы выезжаем за пределы Эрмитажа, мы проводим эрмитажные лекции, в частности лекции для детей. Мы активно используем Интернет. Сейчас у нас открыта Виртуальная Академия. То, что можно получить в самом Эрмитаже, должно быть доступно по Интернет - это одна из самых важных наших задач. В нашей Виртуальной Академии, которая находится на нашем сайте, сейчас есть 3 специальные программы, будет больше.

- Михаил Борисович, какие залы или выставки вы бы посоветовали посетить школьникам (6-9 класс)?
- Я бы посоветовал начать с древности, у нас есть египетские античные залы, российские древности, древности Скифов. Когда они подрастут, смотреть будет некогда или захочется смотреть другую живопись. Это своеобразное базовое образование. Если ты помнишь, кто такие Скифы, помнишь как выглядит Венера Таврическая, помнишь статую Зевса в Эрмитаже - у тебя есть культурная база, которая отделяет того, кто был в Эрмитаже, от того, кто не был. Она есть - могу сказать по собственному опыту. Потом, дальше, будет живопись, современное искусство.

- Михаил Борисович, организует ли Эрмитаж самостоятельно экскурсии для детей из провинций или этим занимаются туристические агентства, с которыми вы сотрудничаете? подскажите какие?
- Мы самостоятельно не организуем. Существует Эрмитажное Экскурсионное бюро, но специального центра организации нет.

- Уважаемый Михаил Борисович, расскажите, пожалуйста, про Эрмитажный детский садик, как он появился и почему Эрмитажный? его посещают дети и внуки Эрмитажных работников. Спасибо.
- Начну с конца. И да, и нет. Есть и внуки сотрудников Эрмитажа, есть и просто дети. Сад появился сначала на окраине, стал заниматься художественным воспитанием детей. Мы познакомились и стали постепенно им помогать в образовательном плане.

- Уважаемый Михаил Борисович! Существует ли культурная конкуренция между московскими и питерскими музеями, или же Питер по-прежнему держит первенство как культурная столица России?
- Во-первых, у нас всегда есть первенство. Конкуренция на базаре. Среди хороших музеев конкуренции нет. Может быть, есть некоторое соперничество, потому как все стремятся что-то сделать лучше. Есть сложное взаимодействие на едином музейном поле, и есть соревнование и добрые отношения.

- Михаил Борисович, отразился ли прошлогодний юбилей Санкт-Петербурга на посещаемость музея и какие прогнозы у Эрмитажа на этот сезон?
- Сам год 300-летия не отразился на посещаемости. Стало немножко больше посетителей, но ненамного. В этом году, мы думаем, несколько увеличится количество иностранных посетителей; количество россиян, скорее всего, не изменится. Мы не стремимся увеличивать количество посетителей. Это не всегда важный критерий. Мы стремимся повышать не количество, а качество. И пока музей не перестроен, количество не будет более 2,5 млн.

- Уважаемый Михаил Борисович, в интернет-встрече с Сокуровым - Александр Николаевич сообщил, что планирует в Эрмитаже снять еще один фильм, но уже игровой. Как Вы к этому относитесь, правильно ли снимать фильмы в таких стенах?
- Я еще не знаю точных планов Александра Николаевича. Мы считаем неприличным снимать игровые фильмы в Эрмитаже, но с Сокуровым у нас особые отношения.

- Михаил Борисович! Интернет-сайт Вашего музея был признан одним из лучших. Приглашаем Ваш музей к участию в юбилейных мероприятиях "Российскому Интернету - 10 лет", которые подробно освещаются на www.10RU.ru. Также приглашаем Вас принять участие в кульминационной шоу-акции "RUЛЕТ-шоу", которая состоится 30 сентября 2004 года в московском ЭКСПОЦЕНТРЕ.
- Я думаю, что мы примем участие. Нам очень приятно, что Эрмитаж является важным элементом Интернета. Пока нам удается удерживать звание лучших. Мы будем это продолжать. Интернет открывает новые возможности делать культуру доступной.

- Уважаемый Михаил Борисович! Расскажите, пожалуйста, об образовательных семинарах для сотрудников других музеев. Как можно попасть на семинар? Спасибо
- Семинары организуются Эрмитажем, и попасть можно связавшись с научно-просветительским отделом. Мы делаем разные семинары, 3-4 семинаров в год. Совместно с Русским Музеем, c Ассоциацией Музеев России, С PROАрте.

- Михаил Борисович, почему Эрмитаж решил осваивать именно Сибирь, за последнее время много выставок открыты в городах Сибири. С моей точки зрения это очень хорошо, что россияне могут знакомиться с шедеврами Эрмитажа не приезжая в Петербург.
- Мы осваиваем не только Сибирь, но и другие регионы. Выбор Сибири обусловлен тем, что это отдаленный район. Проходят не только выставки, но и целые Эрмитажные Фестивали. Проходят лекции, выступления Эрмитажного Оркестра, семинары. Если мы не видим активного желания, мы не едем в регион.

- Михаил Борисович! Как вы относитесь к современному "не классическому" искусству, плотно связанному с фотографией, электроникой, компьютером, интернетом? Нет ли планов у музея выставлять или точнее представлять публике такие не стандартные произведения?
- Мы, во-первых, стараемся занимать классическим современным искусством. У нас проходят выставки фотографии, видеоарта. Мы показываем только то, что уже прославилось. То, что уже стало классикой. Если это инсталляции, то это Ширин Нешат, если фотографии - то Ирвин Пэн. И так далее.

- Предусмотрены ли специализированные детские экскурсии на время школьных каникул?
- Идёт постоянная работа. Она не авральная в дни школьных каникул.

Большое спасибо за встречу, за актуальные и интересные вопросы. До свидания!