Строительство

Эти строки, принадлежащие автору XIX века, очень точно отразили эпоху создания Нового Эрмитажа - "публичного музеума", в котором император Николай I сделал доступными для публики великолепные художественные коллекции русских царей.

В 1838 г. император Николай I совершил поездку в Германию, чтобы навестить своих венценосных родственников. Во время осмотра музеев Мюнхена - Глиптотеки и Пинакотеки - императора сопровождал известный баварский архитектор Лео фон Кленце, по проектам которого были построены эти музейные здания. Они произвели на Николая I сильное впечатление. Он оценил основную идею архитектора-новатора, которая заключалась в создании архитектурного и декоративного ансамбля, достойного тех памятников, которые в нем хранятся. Николая Павловича также привлекла рациональная планировка зданий, спроектированных с соблюдением всех технических требований к отоплению и освещению. Император провел несколько часов в беседе с архитектором, обсуждая проблемы, связанные с Эрмитажем. Дело было не только в том, что екатерининский Эрмитаж стал тесен для коллекции, но и в том, что государь вознамерился создать новый музей, открытый для публики. Итогом беседы стало решение построить в Санкт-Петербурге музейное здание для размещения коллекции живописи и скульптуры, античных памятников, рисунков и гравюр, монет и медалей, резных камней, и Лео фон Кленце получил приглашение приехать в Россию.

В июле 1839 г. было утверждено "Предложение об устройстве музеума ...", согласно которому разработанный Лео фон Кленце проект должен был осуществляться Строительной комиссией Зимнего дворца во главе с главным архитектором В.П. Стасовым. В комиссию вошли известные зодчие А.П. Брюллов и Н.Е. Ефимов, а автор проекта обязывался следить за постройкой, время от времени приезжая в Петербург.

История одиннадцатилетнего строительства, начавшегося в 1840 г., полна конфликтов, возникавших между властным и суровым Стасовым, явно недовольным приглашением иностранца, и Кленце, который боялся искажения своего проекта. Архитекторы обменивались язвительными письмами, однако решающим в их спорах было слово императора. В результате Лео фон Кленце пришлось согласиться на некоторые изменения проекта. Музей предстояло возвести в непосредственной близости от императорского Зимнего дворца, на участке между Малым Эрмитажем и Зимней канавкой. Кленце предлагал снести все здания, существовавшие на этой территории, в том числе и екатерининский Большой Эрмитаж (Ю.М. Фельтен, 1770-1787) и корпус Лоджий Рафаэля (Дж. Кваренги, 1783-1792). Однако по настоянию комиссии здание Большого Эрмитажа удалось сохранить, что лишило музей северной анфилады залов и главного фасада, ориентированного на Неву. Корпус Лоджий Рафаэля был встроен в новую архитектурную оправу и стал неотъемлемой частью здания Нового Эрмитажа. Петербургские зодчие также настояли на некоторых изменениях проекта ради лучшего приспособления здания к северному климату и на использовании более пригодных для этих целей строительных материалов.

По новой планировке южная сторона здания, выходящая на Миллионную улицу, стала главным фасадом с парадным входом, который акцентирован портиком с каменными скульптурами атлантов, высеченных из сердобольского гранита по эскизам А.И. Теребенева. Кленце чрезвычайно высоко оценил искусство скульптора: "Красота и благородный стиль этих скульптур, чистота и тонкость работы и блеск полировки не оставляют желать ничего лучшего... ".

Лео фон Кленце придал облику здания, возведенному, по его собственному определению, в стиле "неогрек", строгость и монументальность. Здание украшают статуи и барельефы, изображающие знаменитых художников, архитекторов и скульпторов прошлых эпох. Крупные плоскости фасадов оживляет орнаментальный декор с античными, ренессансными и барочными декоративными мотивами.

Согласно проекту, первый этаж предназначался для размещения античных коллекций, древней и новой скульптуры, экспозиции рисунков и гравюр, а также библиотеки. В оформлении залов первого этажа Кленце использовал приемы античной архитектуры: гранитные и мраморные колоннады, облицовку стен стюком, неотличимым от мрамора, орнаментальные росписи. Интерьеры второго этажа, оформленные с поистине дворцовой роскошью, - центральные с верхними световыми фонарями и примыкающие к ним залы - отводились для экспозиции живописи и декоративно-прикладного искусства. Парадная лестница с величественной колоннадой на втором этаже создавала настроение особой торжественности - поднимаясь по ней, посетитель ощущал, что он входит в храм искусств.

Новый Эрмитаж поражал великолепием залов и разнообразием коллекций. "Если бы мы могли описать красоту и величие этого места, что едва ли возможно, то наши друзья сочли бы это преувеличением. Конечно, мы смогли получить только общее представление, хотя прошли, наверное, милю или больше по галереям и залам, выполненным в пышном, но в то же время строгом стиле. Некоторые посвящены медалям и монетам...другие - скульптуре классической и современной. Большая же часть - картинам... Однако более всего поражает пышный характер мебели в залах, богатство и высокая тщательность обработки множества колонн итальянского мрамора, обычно из одного монолита, красота потолков," - писал современник.

Новый Эрмитаж создавался под бдительным оком Николая I. Император вникал во все вопросы, тщательно изучал присылаемые Кленце чертежи и рисунки. Архитектор исполнил более 800 эскизов, отразив в них каждую деталь отделки помещений, мебели и даже экспозиции, которую он стремился ввести в ансамбль интерьера. Роскошь и красота музейных залов не только подчеркивали, что Эрмитаж - это часть императорской резиденции, но и придавали ему значение художественного памятника. В память о создателе музея над Парадной лестницей Нового Эрмитажа была помещена доска с надписью: "Император Николай I воздвиг в 1850 г.". Музей был открыт для публики в феврале 1852 г.

Вернуться